Рассказы участников чеченской войны

Весной 2001 года в Грозном появилась «мода» — убивать русских стариков и старух, тех, кому удалось выжить при геноциде Дудаева и Масхадова, под бомбежками нескольких штурмов города. Только в одном Ленинском районе счет убитых идет на десятки. Предотвратить массо­вые убийства в городе, где нет света, проб­лемы с водой и газом, где стреляют днем и ночью, милиция не в состоянии. Она ищет убийц.

Разживин Александр Евгеньевич. Грозный - Моздок - Санкт-Петербург.

При хорошей погоде от осетинского Моздока полчаса лета до знаменитых Волчьих ворот – северного входа в именуемое Аргунским ущелье. Скольким же летчикам армейской авиации за две войны в Чечне не хватило жизни, чтоб покрыть это небольшое, по-летному, расстояние! По всем раскладам не вернуться из очередного полета по этому роковому маршруту мог и Герой России полковник Владимир Алимов. Но он выжил и победил. 13 декабря 1999-го майор Алимов спас жизни 38 офицеров и солдат, у которых просто не было шансов выжить.

Специальный разведотряд «Пересвет», в отличие от своих старших братьев – «Витязя» и «Руси» – мало известен обывателю. В этом нет ничего удивительного – отряд существует сравнительно недавно. С самого момента основания подразделение находится на переднем крае борьбы с международным терроризмом. В его составе сражалось много мордовских парней, и один из них – Юрий Антипов.

509-й! Я — «Плутон»! Ситуация напря­жённая. Прошу подослать два танка. У нас почти вся броня подбита. «Чехи» обходят с флангов, надо закрыть брешь! В отряде есть потери — один «двухсотый» и четыре «трехсо­тых». Организую эвакуацию…

Здесь всегда повышенный градус: если не на термометре, то уж в общественно-политической обстановке точно. Граница Шелковского района Чечни и Хасавюртовского района Дагестана — горячий рубеж, контрольный пост дагестанской милиции неподалеку от станицы Гребенской, словно между двумя электродами электросварки. Потому-то и выставлена здесь застава внутренних войск МВД России.

Шел второй месяц боевых действий в Чечне. И второй месяц осады Бамута. Глав­ной западной крепости боевиков, имеющей для них еще с прошлой войны не только стра­тегическое, но и большое символическое значение. Расположенный в нескольких кило­метрах от ингушской границы превращенный в крепость поселок, в котором еще с 1995-го жили одни боевики, в первую кампанию был взят одним из последних.

Бывший военнослужащий 45 орп СпН ВДВ Валерий К., гранатомётчик 4-й разведгруппы 1-й разведроты: 13 января 1995 мы вышли из Грозного и заступили на охрану поезда Грачева, установили палатки прямо возле поезда. Уже было поспокойней, но по ночам все равно слышались какие-то перестрелки. Поезд мы охраняли до конца февраля, потом улетели в Кубинку.

Знаменитый самашкинский лес Уральские спецназовцы переименовали в семашкинский. В честь старшего лейтенанта Олега Семахина. Больше месяца Олег выполнял боевую задачу на подходах к этому зловещему месту. Сон потерял, каж­дую ночь проверяя посты. На километр — во­семь часовых. Не жалея ни себя, ни подчи­ненных, командир группы не дал бандитам ни единого шанса для маневра, для совершения не то что диверсии — мелкой пакости. Страшный лес был на надежном замке.